Илья Лагутенко: «Мне надо научиться расставлять приоритеты»

Илья Лагутенко: «Мне надо научиться расставлять приоритеты»

Для Ильи Лагутенко этот год стал особенно знаковым: сначала он вместе со своей командой громко и масштабно отпраздновал 20 летие уже легендарного альбома «Морская», теперь — в самом начале августа — 5 летие своего международного фестиваля, который каждый год проходит во Владивостоке.

Илья Лагутенко: «Мне надо научиться расставлять приоритеты»
фото: Наталья Мущинкина

Он представляет публике исполнителей из всех стран мира, играющих самую разную музыку: и рок, и панк, и модное инди, и этнику, и экспериментал. В прошлом выпуске «MegaБит» уже рассказал о том, как прошло событие на этот раз. В беседе с «ЗД» Илья вспомнил самые яркие моменты истории фестиваля и жизни группы, поделился новостями и порассуждал о том, есть ли шансы прорваться у молодых потенциальных звезд.

— Илья, время пролетело очень быстро: даже не верится, что в этом году фестиваль отпраздновал пятилетний юбилей. Как он менялся за эти годы? Какие тенденции вы сами наблюдаете?

— Сама идея фестиваля во Владивостоке появилась у меня довольно давно, я с ней носился почти десять лет, рассказывал о концепции ответственным чиновникам — от местной администрации до Кремля и больших бизнесменов. Но только пять лет назад благодаря синергии и усилиям нескольких городских неравнодушных мы смогли впервые показать в родном городе самых интересных музыкантов со всего мира и из разных городов России. Фестиваль меняется, безусловно, не только под влиянием внешних «обстоятельств непреодолимой силы», но и расширяет программу тематически и географически, прислушивается к мнению горожан. Теперь мы уже не только о музыке. Вообще развитие подобных инициатив снизу невозможно без учета жизненных реалий.

— Юбилейное событие, на ваш взгляд, чем-то принципиально отличалось от предыдущих? Какие интересные сюрпризы вы специально готовили для зрителей?

— Ежегодно мы стараемся расширять и географию артистов, и внемузыкальные составляющие. Впервые в этом году к нам приехали музыканты из Индии — группа Rattle And Hum. У себя на родине они принимают участие в организации музыкального события Handshake Concert — ежегодного фестиваля музыки и культуры, который проводится под патронатом правительства Индии в пяти странах. Был и артист «с обратной стороны Земли» — Грэм Кэнди из Новой Зеландии — московская и питерская публика могла его слышать весной на наших «морских» концертах, он их открывал. С лекцией приехал Gary Baseman. известный россиянам по мультсериалу «Любимчик», а стрит-арт-художник из Южной Африки, работающий под псевдонимом Sonny, нарисовал на одном из зданий гигантское изображение леопарда.

Это стало частью мирового проекта канала Discovery при участии национального парка «Земля леопарда». Гоша Рубчинский представил свою эксклюзивную модную коллекцию. Прошел спортивный марафон, парад, экосубботник…

— Как складывался на этот раз пул артистов? Каковы были главные критерии отбора лично для вас?

— В течение года группа «Мумий Тролль» довольно часто выступает на фестивалях в разных странах: от Монголии до США и Японии. Нас приглашают показывать кейсы V ROX на музыкальных конференциях, мы с радостью делимся опытом. Наши представители встречаются с местными промоутерами и организаторами, имеют партнерские соглашения с фестивалями в разных странах. Больше чем за полгода до события мы открываем прием заявок на сайте, сообщаем в соцсетях. Основная задача — сделать программу максимально интересной, а расходы — минимально болезненными.

— Какие музыканты стали, на ваш взгляд, главными открытиями за прошедшие пять лет?

— Мне хорошо запомнились выступления самого первого года. Публика в принципе не знала ни одного из артистов и не понимала, как реагировать на такие инициативы, но буквально побежала со всех ног к сцене, когда раздались первые аккорды корейцев NO BRAIN, а затем уже штурмовала сцену на выступлении группы Julien K… Которая, кстати, состояла из музыкантов соло-проекта недавно ушедшего из жизни Честера Беннингтона. В прошлом году молодые китайские инди-рокеры Residence A заткнули за пояс всех наших представителей этого жанра. Вьетнамская рэперша Suboi заставила посреди бела дня танцевать всех отдыхающих на набережной — от курсантов морского училища до пенсионеров.

— На фестивале всегда были представлены экзотические для российской публики музыканты из Японии, Китая, Южной Кореи, Монголии. Как вам кажется, занимаясь рок-музыкой, им удается создать нечто самобытное или все-таки речь идет больше о заимствовании элементов рок-культуры?

— Экзотика здесь лишь прописка. Здоровое любопытство к разным культурам и жанрам никогда еще никого не подводило. Вообще наша программа весьма эклектична, так же как сама «идея» Владивостока как города. По-русски мы называем фестиваль «Рок Владивостока», где слово «рок» означает не только музыку.

— Как фестиваль помогает развиваться молодым российским группам, в частности с Дальнего Востока? Вы наблюдаете в этом направлении какую-то динамику? Сейчас, например, в Москве становится все более популярной команда СвобоDA из Владивостока, чье выступление я хорошо помню еще на фестивале два года назад…

— Очень медленная динамика. Но все же есть хорошие примеры трудолюбия и целеустремленности. Дальневосточные музыканты — группа Starcardigan — именно после фестиваля получили путевку в жизнь на международной музыкальной сцене, а сейчас за их плечами за пару лет уже гастроли по Китаю — 15 городов, десятки концертов и выступлений на крупнейших фестивалях, в том числе Корее и Монголии. Претворяют поворот на Восток в жизнь «Марлины», «СвобоDA» — вы совершенно правы, «МариМари» все чаще засвечиваются в клубной жизни столицы… Мы представляем нашу московскую площадку «Мумий Тролль Music Bar» всем желающим. Нам всем хочется верить в новую суперзвезду на горизонте, но вообще это сложный и трудный путь.

Илья Лагутенко: «Мне надо научиться расставлять приоритеты»
фото: Наталья Мущинкина

— В чем сейчас главное отличие вашего детища от других российских фестивалей?

— В его концепции и миссии изначально. Мы не ставим своей целью заработать на уже популярном и известном продукте с телевидения. Это фестиваль открытий, фестиваль-практикум, где молодые музыканты получают не только широкую зрительскую аудиторию, но и профессиональную — маститых западных и азиатских продюсеров, фестивальных букеров и агентов из разных стран. Я также пытаюсь знакомить публику и с современными художниками, представителями разных креативных индустрий, немассовым кинематографом, мы даже приглашаем мишленовских поваров из Азии готовить из местных морепродуктов… Мне хотелось бы, чтобы эти мои инвестиции расширяли кругозор владивостокской публики, научили мечтать и заглядывать подальше, за пределы горизонта. А иллюзий относительно коммерческой прибыльности мероприятия я никогда не питал… Это, скажем так, больше попытка «поверить в мечту».

— Какие планы остались еще нереализованными? Какой планки еще хотелось бы достигнуть в будущем?

— Мы активно сотрудничаем с фестивалями, подобными нашему по формату, за пять лет шоу-кейсы фестиваля прошли в Америке, Корее, Монголии, Латвии. Давно есть идея организовать регулярную экспансию в российские регионы, но логистические и финансовые особенности передвижения внутри страны делают это малореальным.

— А с какими основными трудностями приходится сталкиваться при подготовке? И есть ли пути их решения?

— Мы делаем фестиваль на энтузиазме нашей команды при посильной поддержке администрации Владивостока, посольств тех стран, откуда приезжают музыканты, — в этом году это посольства Индии и Израиля. Финансовую помощь пытаемся найти у частного бизнеса. Но в наши санкционно-кризисные времена это почти что «миссия невыполнима». Ну а главная проблема молодого артиста, как и всех жителей в России, — это дороговизна перелетов и перемещений по стране вообще, что зачастую делает невозможным гастроли как для музыкантов, так и для промоутеров.

— Параллельно с ведением глобального события вы продолжаете писать песни, заниматься активно сценической деятельностью. Как удается распределяться во времени и пространстве?

— С трудом. Мне нужно научиться расставлять приоритеты, иначе меня физически начинает на все не хватать.

— Какие впечатления у вас самих остались от юбилейных концертов «Морской»? Все удалось реализовать так, как хотелось?

— Мы рады, что для московских и петербургских юбилейных концертов «Морская. 20» создали специальную сценографию. Судя по отзывам, публика была впечатлена.

— По ощущениям, юбилейные концерты в Москве более чем удались, все случилось, и возникла та «химия», появление которой сложно объяснить — волшебство либо есть, либо его нет. И причем песням, уже выдержанным временем, подпевают и те поклонники, которые были с вами с самого начала, и совсем еще молодые люди, совсем другое поколение. В чем секрет актуальности музыки лично для вас?

— Мне самому порой было удивительно, что песни, написанные, когда мне было 13–15 лет, до сих пор актуальны у молодежи теперешней… Ведь тогда было совсем другое время. Когда мы начинали, нас вовсю называли группой-однодневкой и прочили нашим песням скорое забвение. Юбилейные «морские» концерты показали, что они все-таки ошибались. Значит, есть в этих композициях что-то, что делает их «гимном» не одного поколения и заставляет подпевать на концертах людей от 15 до 50…

— Есть ли что-то, что вам хотелось бы изменить в творчестве в прошлом, сделать, может быть, чуть-чуть по-другому? Переосмысливаете ли вы какие-то свои композиции сегодня?

— Я не сожалею о прошлом, а лишь мечтаю, чтобы хватило сил и энергии реализовать в будущем все задуманное.

— Что такое успех для вас? Бытует мнение, что искусство и бизнес — несовместимые вещи, и музыканты, создающие альтернативу клишированной поп-музыке, едва ли могут стать массово популярными в России. «Мумий Тролль», мне кажется, своим примером опроверг эту теорию. Как вы это можете объяснить? И вообще, имеет ли такая теория место быть?

— Стать знаменитым, успешным и богатым — это не самоцель, когда ты создаешь группу. По крайней мере, так было и есть для меня. Я не пытался целенаправленно «ломать рамки», «уходить от формата» — я просто создавал мир вокруг себя и песни, которые мне самому нравятся прежде всего.

— Говоря о достижениях, о точности попаданий в музыке, что играет большую роль — удача или трудолюбие, целеустремленность?

— Все, что вы перечислили, и еще что-нибудь, но я не знаю, что это, наверняка…

— Как я поняла, на повестке дня новый альбом, над которым вы сейчас работаете. Что это будет за пластинка? Сформировались ли уже ее главная идея, главное высказывание?

— Мы записали ее удивительно быстро: сели в студию на две недели — и дюжина песен была практически готова без предварительных сессий и обмена файлами по почте. Результат мне более чем симпатичен, альбом получился по-хорошему спонтанным и бодрым. Пока рабочее название «Востоко-Северо-Запад». Это такой курс.

— Первый сингл с нее «Не помню зачем» и клип на него очень атмосферные, легкая и одновременно наполненная история… Как она родилась?

— Песню «Не помню зачем» мы решили сделать первым синглом к новому альбому просто потому, что она была записана первой и с первого дубля. Клип снимал мой друг-фотограф Элиот Хезел. Он, не зная перевода текста песни, очень четко описал мне свои ощущения от нее, и это полностью совпало с моим авторским восприятием песни. Так что и клип получился естественным и гармоничным.

— Удается ли разграничивать свою обычную и творческую жизнь или они уже настолько сплелись воедино, что это невозможно?

— Видимо, вы правы: мне сложно провести какие-то разграничения — свою жизнь я и выстроил на том, что мне интересно делать. И другой у меня нет.

— В каком музыкальном направлении сейчас интересно двигаться вперед, экспериментировать?

— Я давно мечтаю создать звуковое сопровождение для фильма, где музыка была бы совсем не похожа ни на «Мумий Тролль», ни на обычные киноприемы… Но такой эксперимент должен непременно начаться с фильма. Так что пока я жду.

— Какие точки стали лично для вас самыми важными, поворотными в истории группы?

— Когда я проходил воинскую службу, во Владивосток впервые приехала группа «Звуки Му». Приезд представителей столичного андеграунда всегда был шансом выступить и местной команде. Ни у кого не возникало сомнения, что это должен быть «Мумий Тролль». Я напутствовал товарищей по коллективу выступить без себя. Говорят, выступление было ужасным. И Владивостокский рок-клуб заливал себя слезами стыда. С тех пор я понял, что мне придется все исправить своими руками.

— Как вы считаете, есть ли сейчас у «Мумий Тролля» молодые последователи на современной сцене?

— Я не думаю, что есть смысл говорить о некоей пастве… Но определенно прорыв группы из далекого приморского андеграунда, сыгравшей по своим правилам и на своих собственных образах, произвел достаточное впечатление не только на музыкантов, но и на очень многих разных людей, доказав, что в жизни есть место светлым мечтам.

«Изощренное издевательство»: Порошенко раскритиковали за поздравление Донецку СМИ: соглашение России с США о возвращении дипсобственности «почти» достигнуто Эксперты оценили слова вице-президента Ирака о военном присутствии России Активисты SERB потребовали запретить Навальному предвыборную агитацию Гудков ответил на обвинения в спойлерстве на выборах в Москве

Лента новостей